памяти Алексея Гладкова "Джо"

По всем приметам опять белая полоса:
в Москве полярная ночь — двадцать четыре часа,
блокада снега и ветра отрежет наш дом,
ты не смотри на часы, мы все отсюда уйдём.
Мы долго ждали конца вражды и войн на Земле,
какие войны, когда страну не видно в зиме,
и только верный автобус, как все чудеса,
соединяет маршрутом свои полюса.

Коммуникации порваны, помощи нет,
примета Нового Года — ночной президент,
для этой местности даже не делали карт —
прости, но что-то изменит, возможно, лишь март.
А в полночь здесь канонада, и в каждом дворе,
найдётся местный Мюнхгаузен верхом на ядре,
чтобы доставить письмо в небесный Страсбургский суд,
где нас, конечно, оценят и тут же спасут.

Не дай Бог выпадет шанс, ведь я ещё не готов
над праздничной распродажей фонарных столбов
подняться вешним салютом и тут же пасть вниз,
пусть всех спасёт алкоголь, и лишь друзей — антифриз.
Меня подводит термометр — тени тепла
напоминают нам всем, кого в чём мать родила,
но, знаешь, я всё же рад, что остаётся наш дом,
так ты не плачь, скоро март, и вот тогда мы уйдём.