Вот родился я уродом и сидел в пробирке в Кунсткамере. Каждый день туристы окучивали меня, плавая своими отражениями в моем формалине. По традиции, кто-то один из группы, вытянув рыльце, серьезно и скорбно озвучивал подпись под моей склянкой: «Уродливый плод. Водянка мозга, сиренообразное сращение ног».

- Ой, батюшки!

-Ой, боже мой!

- Вот это урод!

И так проходил день за днем.

Третьего мая позапрошлого года пришла она.

Та, которая родилась ради меня, и ради которой я должен был родиться. Она прошла мимо всех склянок, даже не посмотрев по сторонам. И все время, пока говорил экскурсовод, она стояла перед затесанной в нашем зале паршивенькой коллекцией бабочек. Зачем эта допотопная коллекция какого-то немца вообще нужна здесь? Я пытался повернуть голову, но мешала водянка. А девушка стояла там и смотрела только на бабочек. Только на бабочек.