Молочные реки, кисельные берега,

пряничные домики и вафельные полотенца

В застарелых карманах

Оттопыриваются монетки и жвачки

От истеричного мяуканья доисторических бокланов

Сосны, подошвы, клетчатые рубашки, острова, мопеды

и чародейский зелёный самогон

Прижавшиеся друг к другу от страха черепичные крыши

С торчащей откуда-то из неба колокольней Святой Евфемии

поверх всего этого веселья и детского праздника

И некуда деться от запаха стручковой фасоли

и жженого чернослива

Даже под самой высокой мостовой ты чувствуешь её

а она тебя, но вдруг всё исчезает

И только море ковыляет и спотыкается

в своём бесконечном нарциссизме

И прямо из-под ног взлетают

свечи завидных форм

и коты завидной расцветки

И всё это вертится, вертится, вертится...

И фотографы бессильно опускают объективы

Да и я пожалуй разбросаю во все стороны слова

Просто знай

Однажды

Мы это почуствуем

Увидим

Услышим

Унюхаем

И попробуем на язык ржавые змеи

свернувшихся клубком

швартовочных цепей...