В.: Фёдор, хой! Первый вопрос: как соотносятся «Вентиляция» и «Пустельга» в концептуальном плане? Если смотреть ретроспективно, то какой путь прошло твоё творчество в «вентиляционный» период? С чего начал, на что вышел, что дальше будет?

О.: Всем привет.

Это очень долгий и сложный вопрос, какой путь я прошёл от «Вентиляции» до «Пустельги». Столько всего поменялось за это время. Скажу так: я пока не очень понимаю, что такое «Пустельга», но по первым впечатлениям это что-то более серьёзное, взрослое и ответственное, чем «Вентиляция». Появился некий груз, который мне действительно нужно теперь нести. Например, есть же такая идея, что художник талантлив ровно настолько, насколько талантливо его последнее произведение. Соответственно, за это время у меня накопилось некоторое количество не самых плохих альбомов, и планку нужно теперь держать, ни на одну песню не опуская. Не мне судить, получается ли это у меня или нет. Однако ж, по моим собственным ощущениям, всё то, что я делаю, по-прежнему идёт по возрастающей.

В.: Скажи, почему первые два альбома считаются плохими, а третий - хорошим? Связано ли это с общим уровнем изощренности звука или есть ещё какие-то нюансы?

О.: Не, ну тут вопрос состоит не только в звуке, но и в общеэстетическом плане. На самом деле, многие, кто слушали наши первые два альбома, когда они вышли, думали, что мы какие-то говнари. В общем-то, во многом оно так и было. А третий альбом в этом отношении можно воспринимать по-разному. Либо это такой очень тонкий эстетизм, кропотливая работа над звуком в русле новейших тенденций мирового шугейза (а точнее сказать шитгейза) как «Blank Dogs» или первый альбом «Wavves»; либо просто какие-то школьники ничего записывать не умеют, записали, извините, какую-то .....; либо, что это такой очень накрученный и навороченный троллинг, либо ещё как-то.

Я просто хочу сказать, что «Женский альбом» - он разноплановый по восприятию. Его можно понимать как угодно. То есть, это как многоугольник с бесконечным количеством сторон, который постепенно превращается в круг. С остальными последующими альбомами то же самое. Они явились в некотором роде рефлексией по поводу нашего тролльного говнароэстетизма. Наверно поэтому-то они и считаются хорошими. А первые два - просто слишком плоские, как по звуку, так и по восприятию, и в целом не очень интересны. Это было больше чистое ученичество.

В.: Как в обобщенном виде можно представить эволюцию мелодики на каждом альбоме? Можно конкретнее про многоугольник восприятия: что такого надо было сделать с музыкой, чтобы он возник? Иными словами, опиши приращение сложности звука от альбома к альбому.

О.: По поводу эволюции мелодики и т.д. на альбоме: тут дело в том, что я песни пишу всегда как бы циклами. Песня у меня никогда одна не появляется, в течение недели-двух и рождается обычно весь альбом. Так уж повелось. И я взял за основу почти изначально такой вот метод: беру тот стиль, который мне вообще никак не нравится и откровенно раздражает, и сочиняю в этом стиле песни. Так было почти всегда, кроме первого альбома, когда я был страстным фанатом «Nirvana» и «Pixies». Соответственно, стиль, выбранный нами, и диктует определённую мелодику. Здесь всё просто. Какой стиль - такая и мелодика.

Что касается многоугольника восприятия, то здесь он в основном достигался звуком и текстами, так как именно на это, в основном, почему-то обращают внимание наши слушатели. Тексты, например, настолько абстрактны, что невозможно их как-то однозначно понять => многозначность восприятия. Со звуком похожая ситуация. На таких альбомах, как «Женский», «БК» или «Наркоман Чтоле?» он настолько несъедобный, что слушатель, как правило, его просто не может проглотить, соответственно и переварить тоже. Кусок звука остаётся лежать на тарелке не съеденным.

Его можно понюхать, полизать, но съесть его нельзя. По этой причине тоже непонятно, что за звук у нас и как его вообще понимать. Например, с мелодиями всё предельно ясно: они прекрасны и с этим ничего не поделаешь))

В.: По поводу последнего альбома «Розацеа».

Скажите, как родилась идея песни «Медицина катастроф»?

О.: Если честно, не помню, как появилась «Медицина катастроф» в текстовом отношении. Там текста-то мало, я такое мог сочинить в период моего прошлогоднего душевного кризиса где угодно и когда угодно. По музыке всё было так: я просто принёс ребятам рифф, они его выучили и сыграли. Вот и всё. Возвращаясь же снова к тексту этой песни... В зиму 2010-2011 годов у меня было очень много вредных, опасных и откровенно еретических идей по поводу общества, человека и Бога. Да даже наверно и шире. Сейчас я стараюсь ни за что на свете их не озвучивать, так как мне за них в своё время крепко влетело, о чём некоторые из моих знакомых хорошо знают - НАСКОЛЬКО крепко. По сути, в альбом вошло только процентов 10 от всех моих тайных фантазий и страхов, внезапно вылезших наружу во время очередного обострения моего психического состояния зимой указанных годов.

Текст «Медицины» имеет откровенно фрейдистский характер, и как бы говорит то, о чём говорил Фрейд, но говорил не до конца. Как известно, в его теории сначала преобладало учение о том, что человек движет Эрос, позже (после Первой Мировой войны) он дополнил свою концепцию Танатосом - греческим олицетворением Смерти. Так вот, в своей песне я просто соединил Эрос и Танатос, чего не решался сделать австрийский психоаналитик, и получился вот такой вот кошмарный результат.

В.: То есть ваше представление о человеке, его внутреннем мире, его психологии - все это совпадает с психоаналитической школой Фрейда?

О.: Нет, совершенно с Фрейдом не совпадает. К Фрейду я очень плохо отношусь, как и вообще ко всем демистификаторам от науки. Просто в «Медицине катастроф» мне было интересно провести такой эксперимент с его идеями.

В.: А во что ты вообще веришь?

Я понимаю, что на этот вопрос в двух словах не ответить...

О.: Верю я в Бога, я христианин. Ответил в двух словах))

В.: Есть ли, будет ли какая-то работа с акустикой?

О.: Дело в том, что мне никогда не нравилось, как я звучу один с гитарой. Мне кажется, это как-то слишком по-бардовски, да я и петь, и играть особо не умею. Но на первом альбоме «Пустельги», который мы уже, к слову, на 85% сделали, будет пара акустических песенок. На втором, видимо, только одна, но, я надеюсь, большая. Также мы приезжаем в Москву (РЕКЛАМА!!!), где у нас будет концерт в Кактусовой Пещере 19 ноября, а также будет моя акустика в Саратове в ноябре, где-нибудь ближе к 20-м числам. Всё это будет в стиле "анплаггд", как говорится.

 

В.: Этим летом ты говорил, что хоть состав распадается, но название останется тем же, и ещё ты сказал, что тебе разонравились барабаны и будет акустика с виолончелью. Почему же тогда сменилось название, и ты стал играть ещё более гитарно-барабанную музыку, чем раньше?

О.: Причины просты: во-первых, я не очень пока ещё представляю, как это всё должно звучать, а во-вторых, мы с Егором банально не нашли музыкантов для «Пустельги». Изначально моя новая группа вообще планировалась как коллектив «Grouper» или «Kemialliset Ystavat» даже, нечто похожее. У нас действительно было несколько репетиций с виолончелью, саксофоном и Егором на басу (а барабанов в «Пустельге» вообще не было). Тем не менее, эти товарищи немного не поняли, что мы с Егором от них хотим. Поэтому-то я и обратился к старой проверенной рок-формуле. Однако ничего же не потеряно. Я всё-таки надеюсь, что когда-нибудь мы запишем нечто более умиротворённое и психоделическое, чем «Пустельга».

В.: Как ты относишься к различным веществам и их употреблению в качестве, как считается некоторыми, стимулирования творческой деятельности?

О.: У меня был довольно большой опыт употребления психотропных и психоактивных веществ в результате лечения в психушке. Надо сказать, что я НИ РАЗУ не получил от этого ни удовольствия (хотя бы минимального), ни вдохновения. Для меня все эти препараты всегда несли только зло и опасность, поэтому я ни разу в жизни к ним по доброй воле не прибегал. Посему отношусь очень плохо, и даже в рамках лечения моих болезней стараюсь не употреблять. Однако я не имею ничего против употребления этих веществ другими творческими людьми, если им это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО помогает. А вообще, в глобальном плане, считаю все эти игры абсолютно бессмысленными. По-моему, с ними слишком много возни как со стороны ГНК, так и со стороны торчков и просто "любопытствующих". Это просто не интересно.

В.: Вот ты побывал в различных городах, повидал подполья всех мастей... Где самый глубокий андеграунд? Кто здесь самый главный анархист? Таков ли наш народишко, как его Лука описывает, или наш могучий народище таков, как о том говорит Маркевич например?

О.: Я не знаю, кто такой Маркевич)) но могу сказать точно, что всё не так плохо как говорит Лука. Более того: чем больше я путешествую (опыт-то у меня, надо сказать, маленький ещё), тем больше я встречаю очень хороших людей, приобретаю новых друзей. Но самое злостное средоточие андеграунда в России - это, конечно, Москва. С одной стороны, очень много всего, есть на что посмотреть, с другой стороны всё какое-то одинаковое. Но лучшие группы в Москве (из русскоязычных) - это «Сердцедёр», «Фёдор и Пустота». Последняя меня, надо сказать настолько зацепила, что я даже придумал название для своей «Пустельги» под впечатлением от концертов Баучкина. Это действительно великолепно. Кроме того, есть локальные центры рока по всей России, которые заслуживают не меньшего, а иногда и большего восхищения и интереса, чем Москва. Ну вот, кому интересно, могу их перечислить: Питер («Эон для народа», тусовка Попса и Шелухина - много разных у них проектов), Ростов-на-Дону («Рolypus Аcephalous», «Osoka»), Саратов («ВИА Волна», «Жёлтые Чулки Графа Дзержинского»), Липецк («Кискин Жар», «Русалки», «Young Guts»), даже Братск («Планета Плутон», «Нет гитар и чувакоff»), ну и некоторые другие, помельче. Вот так-то))

В.:

1. О чем сейчас есть смысл петь? Что вообще такого можно высказать, чтоб от этого был толк кому-то, кроме автора?

2. Каковы внешние и внутренние враги человека? Самые мощные. И можно ли их приструнить, выжигая творчеством?

О.: Я соединю твои два вопроса. Может быть, покажется странным, что я сейчас скажу, но я считаю, что перед тем как что-то спеть, нужно чётко всё вокруг разделить на «дружеское» и «вражеское», дабы потом это в песне синтезировать. В этом и есть примирительный смысл творчества. Нужно прям в голове держать, что, если ты поёшь про Лужкова или Медвепута, то с ними что-то соответствующее происходит (что ты собственно сам им желаешь), а потом принять ВДРУГ чужую сторону, и спеть наоборот, причём в той же песне. Как это сделать? Существует масса вариантов от высмеивания до высмеивания (просто оно бывает разным, и разновидностям его нет числа). Я в конечном итоге считаю что именно «результат» песни, её смысловой венец должен быть позитивно направленным. По многим причинам я так считаю. Да даже просто, исходя из учения о карме (я, хоть и христианин, хорошо осознаю её глобальный и очень ценный для всего человечества смысл). Мы должны накапливать Благо в самих себе, но не путём бездумного принятия всякого тупого позитиффчика, а выводить это самое благо из отрицательных моментов бытия, доводить его до стадии глобального соответствия с природой и миром вообще. Проще говоря, все наши песни должны достичь Гармонии и равновесного состояния с "вокругом" (термин нашего гитариста Бородулина). И именно поэтому, в результате синтезирования позитивного знания и позитивного смысла, мы избавляемся от врагов (реальных и метафизических) и в итоге побеждаем!

В.: Какие три самых злых мифа довлеют сейчас над людьми в массе их?

О.: На мой взгляд, мифы такие:

Первый миф - мир недобр и неблаг.

Второй миф - мир был раньше лучше, чем сейчас.

Третий миф - мы все умрём.

Хотя это слишком внезапный вопрос, чтобы на него ответить обстоятельно и правильно…

В.: Твоё отношение к классической музыке. Есть ли таковое вообще?

О.: Из классической музыки мне нравятся Шостакович, Прокофьев, Свиридов, Арво Пярт, Штокхаузен, Харри Парч, Брюс Хаак и прочие американские авангардисты.

В.: Когда-таки выйдет последний альбом «Вентиляции»? Ты всё время говоришь о первом альбоме «Пустельги», а о выходе «вентиляционного» посмертного молчишь.

О.: «Мясо Просо Колесо» выйдет, наверное, в декабре. По крайней мере, мы очень постараемся, чтобы он вышел до Нового Года. А не говорю я о нём, потому что «Вентиляция в принципе» - уже отживший организм, чего о ней говорить. Мне больше интересно то, что имеет какие-то дальнейшие перспективы развития. Песни на МПК тоже очень классные, но мы там хотим ещё и звук хороший сделать, по этой причине весьма и весьма не торопим события. В двух словах хочу сказать, что данный диск будет посвящён и выйдет, скорее всего, к 20-летию распада Союза ССР. Именно посвящён (это не значит, что он по большому счёту будет каким-то очень социальным или политизированным и всё в таком духе, скорее даже наоборот - МПК максимально отвлечён от политики и больше про какие-то духовные личные переживания советского/постсоветского человека).

В.: Вопрос по поводу Сатаны. Кого или что ты под ним подразумеваешь? Какое-то явление человеческой природы или же как тёмного дядьку с рогами, по легендам сидящего где-то в земной коре?

О.: Мне кажется, Сатана реально существует. Я не могу по этому поводу ничего дельного сказать, если честно, так как лично с Сатаной не сталкивался, а больше сталкивался с нижними чинами дьявольской иерархии. Но, по крайней мере, в то, что где-то зло в чём-то олицетворено или даже в ком персонифицировано, - в этом я не сомневаюсь. Просто это всё очень спекулятивные темы, и я не хочу особенно в них углубляться.

В.: Каким образом выходит так, что ты веришь одновременно и в Бога и в инопланетян?

О.: Вполне себе совместимые вещи, по моему)) Просто я исхожу из того, что всякие там летающие тарелки, НЛО, круги на полях и всё в таком роде - это "привет" НЕ внеземных цивилизаций. Иными словами, это порождение Земли. "Инопланетяне" - это те самые ангелы, архангелы, или же наоборот - черти и бесы, про которых я говорил выше. Мне кажется, они бывают добрые и злые. Но это тоже из области догадок, в отличие от вопросов Рая и Ада, относительно которых у меня всё-таки есть некоторый опыт.

В.: Мне показалось, что в твоих произведениях нарастает тема войны, а мы тут как раз в обществе "Фортуна" моделируем Роковой год и Мировую Смуту. Как бы ты оценил душевное здравие масс и запас прочности перед лицом глобального раздражения?

О.: Мне не кажется, что Мировую Смуту и Мировой Год нужно ждать. Они уже давно наступили. Вся история человеческого общества - один большой затяжной кризис. Я где-то читал, что за всю историю человечества люди не воевали около 150 лет; всё остальное это хаос, разруха, чудовищные гекатомбы войны. И, казалось бы, всё это противоречит моему тезису, что я высказал выше, что "мир благ". А мир действительно благ на самом деле, просто его портят сами люди. Творение Господа, безусловно, ценно и прекрасно. Даже те землетрясения и наводнения, которые на нас насылаются - это кара за нами же содеянное. Но не то, что, мол, "я ничего не сделал плохого, а при наводнении пострадал". Нет. Сам ты в этом замешан косвенно, ты просто расплачиваешься за всю ту СУММУ ЗЛА, что висит над миром, и создана она людьми и Сатаной.

Люди и Сатана раздувают себя, раздувают своё зло, энтропия, как говорится, растёт, потому что негативное в принципе имеет свойство разрастаться и увеличиваться. Белым чистым бельём ты никого не обелишь. А вот грязью можно поистине бесконечно пачкать.

Люди направлены на самих себя, сугубо и излишне на самих себя, они превращаются в точку самосознания, то есть в ментальный ад. Истинный ад - это не то, что после смерти будет, а то, что сидит в нас самих. Само сосредоточение на собственной персоне - это и есть конец для всего хорошего. Само сосредоточение - это в некотором роде удовольствие. Из всего этого следует, что удовольствие заканчивается там, где оно начинается, то есть где начинается точка самосознания (это и есть Ад). Люди являются истинным источником зла, а не мир. Вот как-то так. В этом свете все разговоры о кризисе совершенно бессмысленны))

В.: Я бы сформулировал точнее: самоустремлённость приводит к коллапсу, так как сознание должно иметь самоё себя отправной точкой, а не точкой назначения. Точкой назначения должна быть та самая былинная точка, в которой находится центр бесконечности по Н. Кузанскому.

Но вот уже ТЕПЕРЬ в самом деле можно подводить итоги, так как вопросы, накопившиеся со времени прошлого интервью, успешно и грамотно раскрыты.

Итак, Фёдор, что ты можешь сказать от себя помимо уже сказанного, а также в качестве итога нашей медленной, спокойной, размеренной, степенной и неторопливой беседы?

О.: Мне понравилось, как всё прошло. Вопросы были толковые, ответы знатные))

© Обработка интервью - Алексей Миронов, Павел Соломатин

< Предыдущая		Следующая >